ДОМБАЙ ИНФО-все о туризме в КЧР(Курорты Домбай, Теберда, Архыз, Эльбрус, Мед. водопады, Адиюх, Кубань, Лаба)

Главная    Горнолыжный сезон 2015    Адиюх    Теберда    Архыз    Медовые    Кубань    Заказ и оплата    Поиск    Клуб    Связь    Карта сайта   
Главная / Об Аланах / Аланы

Аланы

 

Период с III в. до н.э. по III в. н.э. на Северном Кавказе называют «Сарматским временем». По данным археологии и античных письменных источников, родиной сарматских племен являются приволжские и приуральские степи. Из древних авторов Геродот первым дает описание савроматских племен (ранних сарматов), рассказывает легенду об их происхождении от браков скифов с женщинами-воительницами-амазонками. Сарматская этническая общность состояла из целого ряда близкородственных племен (аорсы, басилы, сираки, аланы и др.). На рубеже V-IV вв. до н.э. начинается массовое передвижение сарматских племен на запад, стимулируемое экономическими потребностями экстенсивного кочевнического хозяйства и развитием новых социальных институтов — оформлением, так называемой, военной демократии. Войны для сарматской конфедерации становились теперь средством расширения территории, захвата скота и рабов. Имея тяжеловооруженную конницу (у скифов, например, главным оружием были лук и стрелы, а сарматские конники были вооружены еще и длинными мечами и копьями), сарматы уже на рубеже IV-III вв. до н.э. представляли самую грозную силу Евразийских степей. Экспансии сарматских племен подверглись многие регионы, в том числе и Северный Кавказ.

Нынешняя территория Карачаево-Черкесии, как для киммерийцев, скифов, так и для сарматских племен, являлась перевалочным пунктом в закавказские страны. Сарматы, «живущие земледелием», по Страбону, осваивали древнекавказские формы хозяйствования, смешиваясь с местным населением. Памятники сарматской культуры обнаружены в Малом Карачае, Хурзуке, у ст. Сторожевой, на городище Адиюх и др. местах. Наличие в них элементов местной (кавказской) и пришлой, сарматской культур (инвентарь, погребальные сооружения и т.п.) свидетельствуют о довольно таки мирном сосуществовании сарматов с автохтонами.

В 40 — 49-е гг. разразилась война между Римом и босфорским царем Митридатом. Сарматы к тому времени представляли собой раздираемую внутренними противоречиями племенную конфедерацию. Этим чрезвычайно умело воспользовались римляне и босфорский царь. За первых выступили сарматы-аорсы, Митридата поддержали сираки. В результате чего одно из мощнейших сарматских племен-сираки почти полностью были разгромлены, а аорсы, хотя и оказались на стороне победителей, также были ослаблены. Ослабление сираков и аорсов привело к тому, что господствующее положение в сарматском союзе племен захватывают Аланы. По этому поводу римский автор IV в. н.э. Аммиан Марцелин писал, что «они (аланы) подчинили себе все (сарматские) племена и распространили на них свое название». Уже в I в. н.э. Сенека-младший, один из современников императора Нерона представляет алан, как врагов империи на Дунае. Другой античный писатель Лукан (ум. 39 г. н.э.) знал алан, как обитателей Кавказа. Иверские- грузинские цари старались иметь алан в качестве лояльных северных соседей и союзников в борьбе с Арменией и Парфией. Подтверждением тому является то, что мать знаменитой грузинской царицы Тамары была аланской княжной(рядом с нынешним городом Карачаевском находится некрополь царицы Тамары). Главный проход через Кавказ в то время уже получил название Дар-и-Алан — ворота алан. Не раз в 35 и 72 гг., в 134, 213гг. н.э. проходили через них в свои закавказские походы аланские конники. Высока была политическая значимость алан и в Северном Причерноморье. Так, на Босфоре содержался целый штат переводчиков для сношений с аланами.

Тюркские племена Болгарской группы (болгары и хазары), по мнению большинства ученых, так же сыграли существенную роль в формировании карачаевцев. Наличие их на Кавказе зафиксировано письменными источниками уже с первых веков нашей эры. Сирийский автор III в. сообщает, что отдельные группы болгар были на Кавказе еще во II в. до н.э., в правление армянского царя Аршака (131-118 гг. до н.э.). О том, что болгары обитали на Северном Кавказе пишет греческий Хронограф — источник 354 г. Здесь они жили по соседству с тюрками сабирами и аланами. В 70-е годы 4 в. н.э. основная масса болгар была вовлечена в так называемое «Великое переселение народов», которое возглавили Гунны. Китайские источники сообщают, что уже в III в. до н.э. существовал крупный гуннский племенной союз. Он делился на две части — восточную и западную — и состоял из 24 племен. Восточные гунны обитали у пределов Китая, а территория западных гуннов тесно соприкалась с владениями сармато-аланских племен. Около 370 года н.э. гунны, перейдя Волгу, сломили сопротивление алан, часть которых присоединили к себе, а другую часть оттеснили далее на запад и в горные районы Северного Кавказа. Ушедшие на запад аланы дошли до Франции, Испании и Африки. На территории нынешних Алжира, Марокко и Туниса ими было создано Алано-Вандальское государство. Оттуда на кораблях они совершали набеги на Рим, способствуя тем самым крушению рабовладельческого строя. Впоследствии аланы ассимилировались в среде местных племен, на картах которых и сегодня существуют топонимы (географические названия), в которых сохранился этноним «алан».

Во Франции, например, существовало герцогство Алансон. В Испании одна из провинций называется Каталония.
Испанский этнограф Хосе-Мануэль Гомес-Табанера отмечает, что аланы принимали участие в этногенезе испанцев.

Отступившие в горные районы аланы заняли весь Центральный Кавказ от Лабы до Чечни и Ингушетии.
Одним из типичных археологических памятников алан того времени на территории Карачаево-Черкесии является Байтал-Чапханское катакомбное погребение IV-V вв. у горы Эльбурган. У всех погребенных были искусственно деформированы черепа. Это достигалось тем, что новорожденному туго стягивали повязками голову и она становилась продолговатой. Такая традиция (т.е.искусственная деформация черепа) была распространена на всей территории алан в ранний период их истории. Кроме того, в неглубоких ямках совершались жертвенные погребения: черепа и конечности лошади. Этот обряд исследователи сопоставляют с подобными в Европе, в частности, на острове Борнхольм (Дания) и связывают его с аланами периода Великого переселения народов. В дальнейшем верхнекубанские аланы перешли от катакомбного обряда погребения к захоронению умерших в каменных сооружениях, свойственных местным племенам. Такая традиция сохранялась у карачаевцев вплоть до ХVII-ХVIII вв. Данные об аланах, населяющих верховья Кубани и Зеленчуков имеются в раннесредневековых письменных источниках. По сообщению Византийского автора VI в.н.э. Менандра, владения аланского правителя Сароя находились в верховьях р. Кофина (Кубани), недалеко от Апсилии (Абхазии). Другой автор VI в.н.э. Прокопий Кессарийский, также помещает царство алан по соседству с Абхазией.

Выше говорилось, что в IV — начале V в. Северный Кавказ входил в империю Аттилы. Позднее регион подпал в зону влияния Западно-Тюркского каганата (570-630 гг.). А в 630 году, с распадом последнего, возникли Болгарское царство и Хазарский каганат. Однако царство болгар, располагавшееся в степях Предкавказья и Приазовья, просуществовало недолго. Как сообщают древние хроники, оно ненадолго пережило своего основателя Кубрата, умершего в годы правления византийского императора Константина II (641-668 гг.). После смерти отца болгарские царевичи, увлекшись борьбой за престолонаследие, не сумели противостоять хазарам. Несмотря на близость языка, культуры и этнического состава, хазары и болгары враждовали между собой, так как соперничали за гегемонию в регионе. Это особенно усугублялось тем, что эти государства возглавляли враждовавшие между собой, еще со времен тюркского каганата, роды Дуло (Болгария) и Ашина (Хазария).

Это время является периодом тесных этнокультурных связей западных алан с Болгаро- Хазарскими племенами. Кроме того, Алания в VIII в. первой половине X вв. входила в состав Хазарского каганата. Правящая верхушка Хазар исповедовала иудаизм. Карачаевцы до сих пор называют субботу шабат кюн. После поражения от монгол Хазары вошли в состав Золотой орды и отошли в Крым. Их влияние на Алан было утрачено.

Рубеж X-XI вв. — время создания и расцвета на довольно обширной территории (от Лабы до Терека) единого аланского государства, объединившего западокавказских и восточнокавказских алан. Средневековые письменные источники свидетельствуют о том, что территория Алании отличалась высокой плотностью населения. В верховьях Кубани, Зеленчуков и Лабы в настоящее время зафиксировано более 40 крупных городищ и селищ. Эта территория, являющаяся западной частью Алании, вполне оправдывает характеристику, данную арабским путешественником Масуди владениям аланского царя: «когда утром в одном месте запоют петухи, им отвечают другие из отдаленных частей царства ввиду близости селений». Действительно, как показывают данные археологии, раннесредневековые поселения на территории Карачаево-Черкесии, особенно по долинам рек, тянулись почти непрерывной цепью. Расстояние между ними иногда не превышало двух-трех километров. С переходом к оседлому образу жизни аланы развивали скотоводство и земледелие на основе местных традиций. На полях алан возделывались просо, пшеница, ячменнное зерно. Масуди (X в.) в этой связи отмечал, что земля алан хорошо возделана. Множество жерновов, зернотерок, серпов найдено при раскопках аланских поселений.
Большое значение имело домашнее скотоводство с использованием яйлажного способа откочевки на высокогорные пастбища, так же перенятое у местных племен. На горных отгонных пастбищах строились летние становища — коши, иногда с мощными каменными укреплениями. Так, в районе поселка Узун-Кол в Приэльбрусье были найдены строения из камня с очагом, с загоном для скота, защищенные рвом и башней из крупных подтесанных глыб камня.С первых веков своей истории аланы были и хорошими мастерами-ремесленниками. Массовое производство железных орудий опиралось на местную рудную базу. На исторической территории Алании выявлено немало средневековых следов выработок и плавки железной руды. Сыродутные печи найдены на Нижнеархызском городище. Следы гончарного ремесла и обжиговые печи обнаружены у ст. Исправной и др. местах. Шапух Багратуни писал: «Эта страна полна всяческих благ, есть в ней много золота, великолепных одеяний, благородных коней и стального оружия, закаленного кровью пресмыкающихся, кольчуг и благородных камней».

К началу XI века, наряду с материальной культурой, в Алании больших высот достигла и духовная культура. Во многом развитие духовной культуры было связано с христианизацией края, проводимой могущественными соседями — Грузией (на юго-востоке) и в большей степени Византией (на западе). По сей день, совершенные по стилю и пропорции, христианские храмы стоят немыми свидетелями той эпохи. Это Шоанинский храм у г. Карачаевска, Сентинский — над а. Сынты (современная Нижняя Теберда) и храмы в Нижнем Архызе (Нижнеархызское городище). Исследователями установлено, что карачаевцы и балкарцы в течение длительного времени, сохраняли и сохраняют элементы культуры своих аланских предков: в формах предметов быта, украшений, орудий труда, в орнаменте, элементах одежды, в лексике. По сей день только карачаевцы и балкарцы сохраняют этноним «алан» при обращении друг к другу.




Версия для печати
Добавить в «любимые обзоры»

Оставить комментарий

1 Салпагаров Аслан Къурманбиевич 14.06.2012 17:17

Как ни крути, а современники не путали алан с персами,но часто путали с гуннами и другими тюрками.С чего бы?

2 ALARICH 24.07.2011 19:58

Карачаевцы и балкарцы - родственные осетинам народы, так как являются потомками смешения тюркских и сарматских народов. Не понимаю логику людей, которые искажают историю. Армяне и грузины всегда называли аланов - осетинами. Вот и вся логика.

3 Алан 10.08.2010 12:41

Аланы, почему среди вас нет... Аланов? "Почти все аланы высоки ростом и красивы, с умеренно белокурыми волосами, они страшны сдержанно-грозным взглядом своих очей, очень подвижны вследствие легкости вооружения и во всем похожи на гуннов, только с более мягким и культурным образом жизни" - эта яркая характеристика аланов, данная Аммианом Марцеллином, жившим в IV веке, известна всем ученым-историкам, интересующимся скифами, асами, аланами. Конечно, в устах Аммиана Марцеллина это "во всем похожи на гуннов" имеет значение: и по языку, и по образу жизни, и по верованиям, а что гунны - народ тюркоязычный, всем хорошо известно. Но все равно, хотя это высказывание Марцеллина говорит об этом прямо, но бесспорным доказательством тюркоязычности аланов служить не может. Однако если учесть, что другие современники уже четко и определенно говорят о том, что аланы - народ тюркоязычный, то и слова Марцеллина приобретают определенное значение. Арабский ученый XIII века Ибн-Саид аль-Магриби: "Из кавказских народов самым западным был народ каса, далее к востоку жили азкяши, абхазы и аланы. Все они были христианами, кроме абхазов, все считались тюрками". Известный историк Абу-ль-Фида, ХШ век: "Аланы - суть тюрки, которые приняли христианство... Поблизости живет народ тюркской расы по имени асы". Здесь уместно отметить: ни один из современников ни словом не обмолвился о том, что скифы, асы или аланы находятся в каком-либо родстве и близости с персами (иранцами) или говорят на языке, похожем на персидский (иранский). А ведь если б было что-то подобное, на это не могли бы не обратить внимания древние греки, арабы средних веков, которые хорошо знали персов, тем более византийцы. Язык - это живая история народа. Не может быть того, чтобы в языке не было слов, которые хранят в себе "вкус и запах" народа, следы тех или иных событий, ставших трагическими поворотами в судьбе народа. Есть такие слова и в балкарском языке. В данном случае нас интересуют слова, сохранившие в себе "асско-аланский" дух балкарского народа. Это, конечно, в первую очередь само слово "алан". Сразу следует отметить - кроме балкарцев и карачаевцев, люди ни одного народа на свете, обращаясь друг к другу, не употребляют слово "алан" в смысле "мой соплеменник". Приведу лишь один типичный пример из обычного разговора в среде балкарцев или карачаевцев, скажем, на каком-то диспуте: - Аланы, дайте, ради Аллаха, сказать мне хоть слово - я ведь сам слышал! - Алан, что ты за человек? Ты только слышал, а я сам был там! Хотите - расскажу. - Ради Аллаха, успокойтесь, аланы! Вот Ахмат говорит, что он сам там был - давайте послушаем его! - Аланы, не верьте Ахмату! Его там не было!" Это не такой уж незначительный факт, чтобы опровергнуть его смысл, просто махнув рукой. Если перед вами не аланы, то вы никогда к ним не будете обращаться так, как это делаем мы, балкарцы и карачаевцы: "Аланы, дайте мне слово сказать!" Этот обычай обращения к соплеменникам был у многих народов, есть и сейчас. Как-то по телевидению показывали фильм о временах революции в Монголии. Там герой фильма, народный батыр, обращаясь к выстроившимся войскам, начинает свою речь так: "Монголы!.." Так он обращается к своим соплеменникам, к братьям, к товарищам, так как и он сам, и те, к кому он обращается, - сыны одного народа, одного племени. По крайней мере, именно этот смысл вкладывает он в слово "Монголы!". Да и казаки, бежавшие от гнета царизма и помещиков на южные окраины России и Украины, и чуть было не ставшие отдельным народом, обращались друг к другу точно так же: "Казаки!" Так они отделяли себя от ленивых и покорных мужиков, по их разумению, которые безропотно несут свой холопский крест. Кроме самих казаков, разве кто-нибудь еще может обращаться друг к другу со словом "Казаки!"? Нет, конечно. По крайней мере, если даже тот, кто обращается, может казаком и не быть, но те, кому адресована речь, обязательно должны быть казаками. Если вы и сейчас будете проезжать какое-нибудь село и услышите сказанное с какой-то особой теплотой "Эй, казачки!", так и знайте - вы в казачьей станице. Точно так же было и в домонгольской Руси, в период феодальной раздробленности, когда еще не сформировалась единая русская государственность. Тогда люди каждого княжества обращались друг к другу по-разному - "Люди стольного града Киева!", "Люди Новгорода!", "Рязанцы!" и т. д. Здесь названия княжеств или же центров одновременно несут и другую нагрузку - они используются как имя народа этого княжества, города. Лишь позднее, когда Россия становится централизованным государством, и в основном завершается формирование русского народа, повсеместно входят в силу слова-обращения: "Люди русские! Русичи!" Таким образом, когда балкарцы и карачаевцы говорят: "Аланы!", "Алан, куда идешь?", "Алан, а не пора ли нам на работу?", то это неспроста. Они аланы - поэтому. Отрицать это - то же самое, что смотреть на солнце и говорить, что его не видно. Но что поделать, коль на солнце смотрит слепой?.. Теперь поговорим об имени собственном - Алан. Людей с этим именем можно встретить везде, где только бывали аланы или были наслышаны о них. Это практически вся Западная Европа и территория расселения европейцев - Америка, Австралия, Новая Зеландия. С развитием исторических знаний, которые высветили из мрака веков легендарных алан, это имя стало входить в моду и в нашем ареале, в особенности в Северной Осетии, чьи ученые так усердно пытаются доказать тождественность аланов и осетин, а парламент этой республики с подачи ученых даже "приватизировал" это имя, присвоив этой республике новое название - Северная Осетия-Алания. Теперь в Северной Осетии это имя дают всем и всему - новорожденным мальчишкам и кафе, футбольной команде и танцевальному ансамблю, торговой фирме и просто магазину. Странный, конечно, способ доказательства спорной исторической истины, но что поделать, коль нет других, более весомых доказательств родства осетин и аланов? Но и здесь, по-моему, осетинские ученые, заразившие многих политиков, парламентариев и простых людей своеобразным историко-патриотическим гриппом "Алан", попали впросак. Почему? Да просто потому, что русский никогда не назовет своего сына Русским, итальянец - Итальянцем, черкес - Черкесом, балкарец - Балкарцем и т. д. Имя одного народа во все времена и сегодня тоже становится именем собственным одного человека лишь в том случае, если родители хотят, чтобы их отпрыск имел такие же достоинства, которые они видят в сыновьях того или иного народа. Давайте попытаемся уяснить психологическую основу того, как в Европе "пошла мода" на мужское собственное имя Алан. IV век. Гунны разгромили аланов. Часть аланов, не желая быть под пятой завоевателей, уходит на Запад. А в таких случаях, как известно, уходит наиболее активная, боеспособная, не желающая терять свои национальные достоинства часть населения. Значит, аланы, оказавшиеся в Западной Европе, - это аланы наиболее гордые, воинственные и способные защитить свою честь. Вспомним здесь и слова Марцеллина о том, что "почти все аланы высоки ростом и красивы... они страшны сдержанно-грозным взглядом своих очей". И тогда создается яркий образ, говоря сегодняшним языком, настоящего мужчины, воина, витязя, каковым, конечно же, хотел видеть каждый папаша того дикого времени своего сына. Тем более что аланы во время Каталаунской битвы, где против гуннов выступали в составе объединенных сил Европы, показали себя настоящими рыцарями. Эта битва, как известно, не только остановила дальнейшее продвижение гуннов на запад, но и отбросила их на восток. С тех пор и пошла в Западной Европе мода называть мальчиков Аланами. Будьте, мол, такими же высокими, сильными, мужественными и красивыми, как аланы. Точно так же, если вы услышите имя Черкес, то знайте - это имя дали своему сыну родители, хорошо знающие красоту, мужественность и честь черкесских джигитов, но сами они являются людьми другого народа, скорее всего соседа черкесов. В Балкарии и Карачае довольно часто встречается имя Орусбий (или Урусбий), что значит - Русский Князь. Горец, впервые назвавший своего сына Орус-бием, несомненно, хорошо знал благородство, красоту и силу русских витязей-бояр. Встречается и имя Ингилиз, что значит - Англичанин. Кто-то видел, наверное, чопорных, величественных англичан-повелителей и, нарекая сына их именем, хотел, чтобы и он вырос вот таким же важным и могущим повелевать другими человеком. Но такое модное имя как Алан (сегодня уже и многих кабардинских парней и мальчишек зовут Аланами) среди балкарцев и карачаевцев, по логике вещей, не должно быть: алан не может своего сына назвать Аланом, это было бы просто смешно. Конечно, вскорости или когда-то в будущем, когда в силу сложившихся исторических обстоятельств аланы (карачаевцы и балкарцы) начнут забывать свою родословную, а будут знать себя лишь как балкарцев и карачаевцев, то мода может взять свое - тогда Аланы могут появиться и у нас. А пока что на вопрос: "Аланы, почему это среди вас нет Аланов?" мы отвечаем очень просто: "Потому что мы все аланы! Если одного из тигров назовешь Тигром, разве это будет его собственным именем, тем более среди тигров?"

4 Alan Karagha 29.11.2009 01:36

Уважаемые, «потомки алан», труды официальных историков как дождь весенним утром. Хватит апеллировать мнениями известных историков (имеющих право на ошибку). Сколько я ни читаю осетинские сайты, никаких доказательств, лишь бла-бла-бла. А насчет обычаев-неправда, приезжай и убедишься. Кстати имя Артур имеет значение на аланском(тюркском) языке и многие имена вами справедливо воспринимаемые алано-асскими. А насчет половцев (достойных уважения), опять ошибочка вышла-мы разговариваем на разных диалектах и много других различий (интересно-встретимся и поспорим)… Неужели дигорский народ не помнит прошлого и кто есть кто?!

5 Felice Hex 07.08.2009 18:31

Аланы — это предкм карачаевцев.

6 Халис 07.08.2009 18:29

Золотые кони.
Степь.
1.
Весна расстелила ковер,
На ветру танцует шалфей,
бобовник – красивый узор,
Разлегся ползучий пырей.
Распустила перья ковыль,
Весело пляшут тюльпаны,
Перекати-поле без сил,
прилег посреди поляны.
Мирно пасутся куланы,
Бороздят небо орланы.
Жужжит без устали пчела,
Хохотун режет тишину,
А орел кончиком крыла,
Задел молодую луну.
2.
Степь бескрайняя как море,
Глаз людских очарованье,
В этом райском просторе,
Рождается ожидание.
Сколько забытых страниц,
Зовут пытливого в путь,
В паутине верениц,
Найти затерянную суть.
Кто прошлое успел забыть,
Тому и будущем не быть.
Чтобы приоткрылась тайна,
Надо на нее пролить свет.
Дабы истину случайно,
С памяти, совсем не стереть.
3.
Живет по своим канонам,
Под солнцем безмятежно степь.
Не подвластным, нам законам,
Тонкости припрятав в склеп.
А найти потерянный след,
Избежать предстоящих бед.
Но отдельные моменты,
Исторического склероза,
Как разбитые фрагменты,
Знаменитого Колосса.
Нужно собирать в едино,
Чтобы заочно не обидеть,
И была полная картина,
Того кто все мог, просто видеть.
4.
Конечно, его не воскресить,
Нет такой внеземной силы.
Но память бережно хранить
Нужно, чтобы у могилы,
Того кто хочет нам помочь,
Из древности отдаленной,
Отбросив сомнения прочь,
Правдой удовлетворенной,
Сказали ему спасибо.
Кивнет предок нам незримо,
И уйдет в рай лениво.
Тогда зашагаем в такт,
Прошлое и мы красиво,
Это и есть всем нужный факт.

Могила Чингисхана.
5.
Глиняный сосуд красив
Прочности в нем, нет следа,
Если случайно уронив,
То не соберешь никогда.
Также и прошлое хрупка
И как внимательный лекарь,
Работа должна быть тонка.
Как, хлеб, что подает пекарь,
Чутье седого рыбака,
Воина меткая стрела.
Тогда, правда, издалека,
Гостья у вашего стола.
Будет предметный разговор,
Оживленный, но чуткий спор.
6.
Ветер печального века,
Шевелит траву степную.
Кони грозного абрека,
Нарушили покой людскую
Прокляты были те годы.
Плакала от горя земля.
Долгие годы народы,
Терпели монгол у руля.
Изнемогая от боли,
сносили и позор, и стыд,
Нет тяжелее той доли,
Чем покорный и рабский труд.
Ужасна жизнь в неволе,
Когда тиран на престоле.
7.
Все что желал, тем и владел,
Непобедимый Чингисхан.
Но лишь смерть он не одолел,
В этом был его изъян.
Долго он с ней боролся,
Пустые хлопоты, и все.
Эликсир так и не нашелся,
Каждому отведено свое.
Знающие лекари мира,
Давали ему советы,
Но продлевать жизнь кумира,
Не смогли пройдохи эти.
Жизнь и смерть дается лишь раз,
Береги драгоценный час.
8.
Кто лечить хотел с огнем,
Того, он бросал в костер,
Тех, кто мучили колдовством,
Стрелой пронзали в упор.
Тогда, ему с Китая,
Доставили отшельника,
В травах все понимая,
Послал вечность для грешника.
Но хана огорчил и он,
Смерть неизбежности закон.
Тогда созвал он курултай.
Последние раздал слова.
Его кончился, земной рай.
Гласит народная молва.
9.
Перед смертью Повелитель,
Позвал к себе мудрецов,
Чтобы была его обитель,
В чреве загробных миров.
Где Итиль вьется как змея,
В бескрайней, голой степи,
Куда дойдет к исходу дня,
Не останавливаясь в пути,
Преданный мне, верный баскак.
Там похороните меня.
Нам велит так, небесный знак.
А рядом вороного коня.
И когда душно от тоски,
Тогда ждите в кунаки.

Сарай Бату.
10.
Пусть мой, любимый Бату-хан,
На берегу могучей реки,
Себе построить из камня стан.
Мне это было не с руки.
В объятиях родной степи,
Я обрету себе покой.
Душа будет всегда в пути,
Сердце в земле за рекой…
Слова те передал мудрец,
Славному внуку Чингисхана.
Город тот был всему венец,
На месте травы и бурьяна,
Вырос как цветущий сад,
Прекрасный каменный град.
11.
С начала мирозданья.
Творений подобных ему,
Воплотив в смысл, желания,
Не удавалась никому.
Воспетый пером поэта,
Волшебный, золотой дворец,
Стал одним из чудес света.
Поистине велик Творец!
Если смертному под небом,
Дал разум и познания,
Чтобы, он не только Хлебом,
Забивал свое сознание.
Как юрта рядом Каракум,
Столица чингизовых дум.
12.
А город как божья печать,
Назвали его Сарай Бату.
Всего того и не описать
Да это нам не по плечу.
Все может мастера рука.
Внук воплотил деда мечту.
Сказ о нем будет жить века.
И вознес небесам мольбу,
Что вручили ему судьбу,
Вершить на земле их нравы.
Когда можно косить траву?
Для пользы или для забавы.
Можно семье детей рожать?
А может, лучше подождать.
13.
При въезде в вечный город,
Кони из золота стояли.
В жару и лютый холод.
Славный град сей охраняли…
Предания дуновенье,
По вселенной разносит слух,
С ханом в погребенье,
Ублажая чингизов дух,
В дорогом снаряженье,
Покоится, золотой конь,
Он, как будто ждет сраженья,
Боевой клич и саблей звон,
Самарканда золотой трон
И египетский фараон.
14.
Хан в той жизни будет рад,
Если все понадобиться ему.
А так трофей из Самарканд,
Восхвалит прогнившую чалму.
А судьба коня другого,
Полна коварства и интриг
На дне реки голубого,
Ждет счастливый, желанный миг.
Тоскуя скакун без друга,
Отгоняя, безмозглых рыб,
И слушает, нет ли звука,
Он, из властных хозяйских губ,
Снова хочет в походы,
Чтобы покорять народы.

Половцы.
15.
От заката до восхода,
С победного перехода
Трофеи острия штыка.
Покорно свозили сюда…
Щит с головою быка,
В сосудах святая вода,
Оленя золотые рога
И драгоценные меха,
Другие грозными львами,
Украшенные камнями.
Подносы, стулья и ковры,
Известного мастера кинжал,
Все это добро до поры,
Дворец султана украшал.
16.
Серьги, ожерелья, бусы.
Китайский, дорогой фарфор,
Покоренные улусы
Свозили в монгольский двор.
Выросла золотая гора,
А, другая из серебра.
На вершине гнездился гриф.
Вселенную кормит этот миф.
Не родились еще певцы,
Словом сотрясти просторы,
И донести во все концы,
Дворца тонкие узоры.
Просторные коридоры,
Светом ослепляли взоры.
17.
Дома, улицы, кварталы,
Мечети, церкви и бани,
Водоносные каналы,
И укрытия для твари.
Рассудительность кагана,
Была и в быту сильна.
Каждый у своего казана,
Мог голод утолить сполна.
Кто во дворец легко входил,
его народ грелся у трона.
За этим ревностно следил,
По воле ханского закона,
Коварный, жестокий визирь,
Взглядом устрашающий мир.
18.
Татары славный, древний род,
Их жизнь, полная луна,
Они долго не ищут брод,
Летят на крыльях скакуна.
А рядом половцы жили.
Смелый , гордый, храбрый народ,
Ислам покорно все чтили,
Но подкова висела у ворот.
Желает каждый человек,
Узнать, кто он и кто отец?
В отведенный ему век,
Всегда для родственных сердец,
Сквозь призму уходящих лет,
Оставить хочется свой след.
19.
Все перед Создателем равны.
Ответ за жизнь нести должны,
Также за поступки, слова
И чья целее голова?
Всевышний, без нас рассудит.
На то божественная воля.
Человек судьбой пусть рулит.
У него такая доля.
Теленком не станет кобра,
Не гладь слепо ее спины.
Не оценит она добра,
Укусит, не признав вины.
Не поймет истины чудак,
Не бросишь правду на чердак.

Карачаевцы и балкарцы.
20.
Кто- то мимо проезжая,
Сокращая тернистый путь,
И знаниями блистая,
Хочет в века заглянуть.
Лопатой годы копая,
В истории видел себя
Мусор вековой сгребая
И карачаевцев любя.
Ветров забытых историк,
Самолюбивый, трудоголик.
Всех от правды отделяя,
Пусть речь его и хороша,
Стереть память Карачая,
Желает подлая душа.
21.
Булгары, гунны, каманы,
Жители кара- китая,
Скифы, хазары, аланы,
Ветви рода Карачая.
Прародитель всех шумеры,
Язык, предрассудки веры.
Обычаи одного народа.
Они в глубине веков,
Лишали Рим, его дохода,
А Цезарей спокойных снов.
От их безжалостных набегов
Дрожала Великая стена.
Русь уважала наших беков.
Не пустовала и казна.
22.
Как крылья парящей птицы,
Как человека две руки,
Карачаевцы, балкарцы,
На земле друг другу близки.
Если повернуть года вспять,
И посмотреть на все тайком,
Не мудрено их одна мать,
Кормила грудным молоком.
У нас одна и та же кровь,
И песни, и танцы одни,
К матери, земле любовь,
Родственных народов сродни.
Оттого, что все так схоже,
Тем она всего дороже.
23.
Беспощадные сраженья,
Проверяли их на прочность,
Лживые подношения,
Не будили у них жадность.
И без тени сомнения,
Шли рядом в кровавый бой,
Получившего ранение,
Прикрывали всегда собой.
Не боялись они смерти,
А потому их враг ценил,
Лишь молитва в мечети,
На коленки становил.
Не имел всю власть и хан,
У гордых, свободных алан.
24.
От сары тау, до двух морей,
От руссов, до холодных вод,
Пасли скотину и коней,
Установив законов свод.
А теперь во всей вселенной,
Закрывая солнца лучи.
Бату хан несравненный,
Он, владыка улус Джучи.
Чингиза семя как удав,
Все, у всех, до конца отняв,
Страданиям чужим не вняв,
С землею дома сравняв.
Пугая всех звоном цепей,
Теперь хозяин он степей.

Гагаузы.
25.
Когда расходился туман,
И утро проснулось светом,
Со своим зятем хан Котян,
Встретил боевым приветом,
Неустрашимого Джебе,
На горе народу и себе.
В том бою героем пал,
Храбрый князь Мстислав Удалой,
Для судеб многих тот день стал,
Той разрушительной чертой,
После которого конец,
Всему прошлому настает,
Пораженных стрелой сердец,
Матерям никто не вернет.
26.
Тяжело решать проблему,
Если ты к нему не готов,
Надо сравнивать измену,
С поступком мелких воров.
Так поступили к несчастью,
Отдельные горе князья,
Наступившему ненастью,
Против идти стало нельзя.
Спины братьев по оружию,
Были никем и не прикрыты.
Дружба, скрепленная клятвою,
Всеми давно уже забыты.
Что так случилось всем жалко,
Печальный урок дала Калка.
27.
А доверчивый хан Котян,
Вместо прославляющей битвы,
Покинул бегством родовой стан,
Прочитав спешную молитву.
Гордые сыны народа,
Бросив нажитое добро,
По воле властного урода,
Бес вселившего в ребро,
Слезами горе утопив,
Пошли за ним на край земли,
Язык, повадки сохранив,
Родину и веру нашли.
Кому верили, он оказался трус,
Не виноват брат гагауз.
28.
Свою вековую славу,
Они добыли навсегда,
Бой принимали как забаву,
Стрел не боялись никогда.
Теперь в чужой равнине,
Ностальгией охваченный,
Песни о прошлой отчизне,
Поют душой израненной.
Но, ведь сердцам близких людей,
Не страшны расстояния,
Нет на земле таких цепей,
Чтобы стереть все, из сознания.
Пусть прежним станет тот союз,
Карачай, балкар, гагауз.
29.
C приходом Чингисхана,
Фортуна повернулась вспять.
Теперь указы кагана,
Приходиться всем исполнять.
Но, не сразу сложили стяг,
Бились храбро и охотно,
Но силен и хитер был враг.
Так Всевышнему угодно.
Голову пеплом не надо,
Сыпать от печали рано.
Простить суровое время,
Может все, наверно всегда,
Самая главная тема,
Что пьешь и откуда вода?
Русь.
30.
Бескрайны стали владения,
Кагана великой степи.
Творя свои достижения,
На костях шагал по пути.
В мрак погрузилась и Русь.
И нет страданиям конца,
Забивала, голову грусть,
Вера и надежда, сердца.
Немало стойких городов,
Показали врагу броню,
Торжок, Козельск и Чернигов
За дерзость предались огню.
Все во власти горя и бед,
Теряется радости след.
31.
Урусы, спящая гора,
Выдержка — твердая глыба,
Когда приключиться Пора,
У них запоет и рыба.
Гнев проснувшейся природы,
Растопит в своей лаве,
Неугодные народы,
Плывя в крови и славе.
Пока нет единения,
Досталось поражение.
Прокусив до боли кулак,
И загнав себя в капкан,
Они узнают кто их враг,
Страдая от душевных ран.
32.
Русских до конца победить,
Ведь не смог ни один народ
С ними нужно лишь дружить,
Это гарантия свобод.
У них кровь славных воинов,
И уверенности полны,
Беду переносят достойно,
Пробуждаются от войны.
Половцы и русы не друзья,
Но в терпимости жили,
На помощь друг другу князья,
В час беды приходили.
В их дружбу привнес раскол,
Враждебные стрелы монгол.
33.
Над Русью повисли грозы,
Терзал присмыкающий дух,
Глаза ослепляли слезы,
Стенания не красил слух.
Но всем невзгодам вперекор,
Надежда в светлые дни,
Устремляя к Богу взор,
Защиту искали они.
Судьбой сломанные люди,
Старались жить, не сломаться,
Слепых стрел искали груди,
Вечным героем остаться.
Ведь истоки страдания,
Судьбы предначертания.
34.
Много достойнейших сердец,
Не стало биться в груди,
Сломавшиеся вконец,
Живые ждали впереди
Мучений своих до гроба.
Веру дающая сила,
И только защита Неба,
На помощь всем приходила.
Положение осознав,
К жизни все привыкали,
Хрупкий, но свой мирок создав,
Частицей улуса стали.
Слабый поплачет на луну.
Сильный выживет в плену.

Карча.
35.
Старший у Карачая князь,
С знатным именем Ахмат,
Скрепляя родственную связь,
Что за хана дочь отдал рад.
Давно красавица Джулдуз,
Жемчужина его дворца,
Воплощение чудных муз,
Рабыня нежная Творца.
Наверно люди вселенной,
Друг другу дальняя родня,
Почему враждой безмерной,
Воюют меж собой братья?
А после на победный пир,
Зовут послушный себе мир?
36.
Так думал почтенный старик
И мрачнел его гордый лик.
Вроде видел до мелочей,
Пользы союза и дружбы,
Но человеческий улей,
Такой заботливой службы,
Не ценит вопреки всему.
Известно Богу одному,
Неблагодарный сей каприз.
Но ясно, что не по уму,
Планеты на небе сошлись.
Остается просить ему,
Чтобы Всевидящий Аллах!
Остановил вселенский крах.
37.
Поблагодарив небосвод,
Облегченно вздохнул мудрец
И добежавший, до ворот,
Кареглазый, шустрый юнец
Опустил на землю отца.
А прыгнув смело на него,
Оседлал его без словца.
Опять добился своего.
Ведь младший, любимый Карча,
Чистый, полевой цветочек,
Смотрел с отцовского плеча,
Как с небес ангелочек.
Многое сыну прощает,
Судьба юнца обожает.
38.
Кто появился под звездой,
Живет он во славу времен.
Дружит со смертью и водой,
Не чужой и страшный огонь.
Он толкает арбу жизни
-это летопись событий.
Подведет к краю бездны.
Окунет в мир открытий.
Многогранен и умен лик.
Всемогущий Аллах Велик!
У него есть деньги и власть,
Удовлетворенная страсть.
Не коснется вражья стрела.
След оставляют и дела.
39.
Когда время на исходе,
На песчаных твоих часах,
мысли о детях, народе,
О будущих, грядущих годах.
Темные тучи сгущались ,
Над седовласой головой.
Мрачные мысли собирались,
Не давали ему покой…
Вспоминались ему годы,
Когда с белоснежных гор,
С отцом ходил в походы,
Завоевывали простор.
От неволи еле дыша,
От тоски рыдает душа.
Толмач.
40.
И ныла гордая спина,
Сгибаться князю обидно,
А гнет всех власть, она сильна,
Ведь хану Бога не видно.
А беззаботный, мальчишка
Рос не думая, ни о чем.
Веселый, юркий шалунишка,
Хлопотами грузил свой дом.
Один бегал на рыбалку.
Плодовита Итиль река.
А вечером крутил прялку,
Пока не уставала рука.
Полезен разумный труд.
А безделье противный зуд.
41.
Бату хана верный толмач,
Пришел из китайских племен,
Веселый и добрый хохмач,
знал ученья прошлых времен.
Травами лечил простуду,
Порчу отводил от хана,
И хорошую погоду,
Отдавал во власть бурана.
Карча с ним был в ладах,
На своем он вел беседу,
Спрашивал о тех годах,
Когда одержал победу,
Дед Батыя великий хан?
Что больше Сарай или стан?
42.
Все понимал, знал азиат,
Но одного не мог понять,
Ведь отец, у Карчи Ахмат,
А деда хочет так назвать.
Сокрушался старый колдун,
И желая откопать ответ,
В записках забытых лун,
Этот объясняющий след,
Стал с усердием искать,
И для истории писать.
Благороден его порыв,
Себя любимого забыв,
Работая отчаянно,
Ему радуется тайна.
43.
Ловя скромную удачу,
Решал сложную задачу.
А мальчика называл «ча»,
-это значит чистый листок,
Иногда, любя кара –ча,
Намекая на загар чуток.
Притом хана ублажая,
Послов и гостей встречая,
не забывал, он лишь раб,
потому писались труды,
когда испускал сонный храп,
хан, погрузившись в мечты.
Оттого и бесценен миг,
Что мы слышим, той правды крик.
44.
Все китайцу подражая,
Всех половцев в честь Карчи,
Назвали род Карачая,
И днем, и во власти ночи,
В песках забытых веков,
Сквозь призму бегущих годов,
На страх кровожадных врагов,
Карачай нет ближе этих слов!
Труд, лишивший азиата,
Скудного и жалкого сна,
Часть украшений из злата,
богата ханская казна,
Спрятал расчетливый толмач,
В горах аула Эльтаркач.
45.
Руссы помня о той вражде,
Половцев прозвали кара,
Не взирая, что в беде
За Русь бились против мира.
Купец с древнего Рима,
Тоже «кара» ласкал Карчу,
Доброта у них ценима,
Подобно теплому лучу.
Ненароком и невзначай,
Шумеров родственный народ,
Стали называть Карачай,
Так пожелал нам Небосвод.
Что Бог творит, то к добру!
Радуйся в степи шатру.


7 Assarthur 15.06.2009 17:00

Ваши прямые предки половцы(кипчаки,куны) и вы прекрасно это знаете, но упорно далдоните о своем скифо-сармато-аллонском происхождении .То, что некая часть какого-то этноса( аллонов) ассимилировалась в половцах, называющие себя на сегодняшний день себя карачаевцами-балкарцами….НЕ СДЕЛАЛА ПОЛОВЦЕВ----АЛЛОНАМИ!
Справедливости ради надо заметить , что НЕ ВСЕ карачаевцы и балкарцы страдают таким НЕУВАЖЕНИЕМ к своим собтвенным, настоящим предкам-ПОЛОВЦАМ !

8 Arthur 15.04.2009 14:54

в статье я вижу прямой подтекст, что карачаевцы потомки алан!!!
Карачаевцы относительно не давно стали мусульманами. Если карачаевцы потомки алан, то скажите почему они не переняли ни одного обычая, ни одного праздника от алан???
Все что вы (автор) можете сказать: карачаевцы и балкарцы сохраняют этноним «алан» при обращении друг к другу. Когда аланы проезжали мимо или просто их втречали в пути, к ним обращались «алан».
вот и весь секрет!!! Все ученные мира давно признали прямыми потомками алан — осетин!
со всем уважением к карачаевцам, хватит уже все головому морочить!!!

Оставить комментарий

Продам фильтр бобкет minirent.ua.
Rambler's Top100 Экстремальный портал VVV.RU